Якутск: музеи

8–11 октября 2013 года

Якутск из тех редких городов, где я по доброй воле пошёл по музеям. Меня заинтересовали целых три заведения: первое посвящено мамонту, второе археологии и этнографии, а третье — вечной мерзлоте. Попасть удалось в два последних, коим и посвящён сегодняшний рассказ.


Музеи мамонта и археологии и этнографии расположены за одной и той же дверью нового корпуса Северо-Восточного федерального университета, но первого на месте не оказалось: по забавному стечению обстоятельств, когда я полетел в Якутск, экспозиция музея отправилась в Москву для участия в крупной выставке. Однако эта земля настолько богата останками древних животных, что они присутствуют во всех коллекциях. Вот и архэтномузей встречает узнаваемым скелетом.


Данная зверушка жила примерно 23 тысячи лет тому назад и была откопана студентами-практикантами в 1960 году. На фото — челюсти.


Есть немного интересных запчастей от других представителей якутской фауны.


Но главным образом музей рассказывает всё же о людях. Территория нынешней республики Саха была заселена как минимум 300 тысяч лет назад, а формирование современных этносов происходило между VIII и XV веками, когда в Якутию переселялись племена из более южных регионов — от Байкала до Приамурья — и смешивались с местным населением. Эволюция жилищ.




Главными занятиями были рыболовство, охота…


…и скотоводство, в том числе разведение оленей.


Кроме них можно отметить особые, низкорослые породы коров и лошадей.


Естественно, работа сопровождалась культурной жизнью. Самые старые находки — конечно, наскальные рисунки. Люди.


Животные.


Люди и животные.


Деревянная статуэтка.


Из дерева, разумеется, делалось очень много обиходных вещей.





В том числе игрушки, как для детей…


…так и для взрослых.


Более поздние металлические украшения.



До прихода русских (XVII век) в здешних краях властвовал шаманизм. Сейчас он отошёл на вторые роли, но не исчез.


Обереги.


Одежда делалась, разумеется, из оленьих шкур.


Процесс раскопок…


…и их результат.


В общем, глянуть было интересно, но не более того. Такие музеи я не слишком ценю, хотя в данном случае экспозиция довольно богатая, да и узнать об истории жизни в столь специфичном крае России полезно.


А вот на что я действительно стремился посмотреть, так это на вечную мерзлоту. В Якутске есть два места, где я мог утолить своё любопытство: красивый туристический аттракцион «Царство вечной мерзлоты» с красивыми скульптурами, горками и прочими радостями и Институт мерзлотоведения имени Мельникова Сибирского отделения Российской академии наук. Угадайте, что я выбрал.


В институте, который коротко зовут Мерзлоткой, функционирует музей, который де-факто является работающей опытной лабораторией. Экскурсии проводят обычно для групп, но тот факт, что я припёрся один, проблемой не стал: посетители приходят сюда с непредсказуемой частотой, поэтому обслужить стараются всех. Пришлось, правда, заплатить минимальную экскурсионную цену (900 рублей), но в данном случае совершенно не жалко.


Лаборатория располагается на двух подземных этажах глубиной 4 и 12 метров. Перед входом есть смысл надеть тёплую куртку, благо выбор широк.


Первый уровень лаборатории по большому счёту представляет собой склад. Справа сложены пробы грунта, слева, в синих пакетах, — снег, кажется, пятилетней давности.


Для развлечения посетителей здесь поставили копию мамонтёнка Димы. Сам Дима хранится в питерском Зоологическом музее (здание между Кунсткамерой и биржей, если кто не в курсе).


«Подлинники» тут тоже есть. Вот, например, кость левой задней ноги мамонта. Стоит уже много лет прислонённая к стеночке.


Спускаемся на нижний уровень. Его стены покрывают снегом, иначе хрупкая почва будет осыпаться. Самое интересное здесь даже не само помещение, а то, что рассказывается в процессе его обхода.


Температура на этой глубине всегда в районе −5 или −6° C, но градусник немного врёт.


Вечная мерзлота (правильнее называть её многолетней, но не будем сильно занудствовать) — вещь не такая уж редкая. Она встречается на всех континентах, кроме Австралии, хотя в Африке, например, найти её можно только высоко в горах. Три основных «потребителя» пермафроста — Канада, США в лице Аляски и Россия. Для меня было удивительно узнать, что в криолитозоне находится 24% суши Северного полушария и аж 60% территории нашей страны. Главный вклад здесь принадлежит, конечно же, Якутии: республика лежит на неоттаивающем грунте целиком. Выглядит вечная мерзлота вот так:


Первое упоминание об этом явлении относят к концу XVII века, когда в попытках пробурить колодец для нужд острога местный казак наткнулся на мёрзлую землю. Однако долгое время этот факт никем из учёного мира не только не изучался, но и не признавался. Первым серьёзным доказательством стала шахта Шергина, прорытая в 1828–1837 годах на глубину 116,6 метра. Чуть позже в Якутске появилась первая станция мерзлоты. Если я не ошибаюсь, жёлтое здание слева это она и есть.


Дальше исследовательская база только расширялась. Институт возник в 1960 году (хотя экскурсовод называл в качестве внутриинститутской точки отсчёта аж 1941-й), тогда же построили здание, под которым мы находимся. Затем появились другие постройки: второй корпус, подземное криохранилище семян. Два домика, в которых оборудованы спуски, видны на предыдущем фото, но вход туда есть и из подземной лаборатории.


Почва намыта Леной, в ней видны останки растений, возраст которых — тысячи лет. Благодаря мерзлоте они великолепно сохранились.


Занятно, что растительность в Якутии существует не вопреки, а благодаря пласту неоттаивающей земли. По уровню осадков Саха находится на уровне Монголии, и если бы мерзлая почва отсутствовала, вода проходила бы глубже не задерживаясь и не могла бы питать растения.


Прочувствовать, что мерзлота делает с попавшим в неё деревом, можно на паре кусков древесины. Правому, лёгкому и трухлявому, но абсолютно сухому, примерно десять тысяч лет, левому — 12–17 миллионов. Снаружи он затвердел, в руке ощущается как камень (да, здесь экспонаты можно трогать), хотя самая сердцевина ещё мягкая.


Ещё несколько элементов коллекции — кости, принадлежавшие мамонтам, носорогам и овцебыкам, жившим примерно 25–40 тысяч лет назад.



Поиски сохранившихся костей мамонтов — это местный бизнес: сувениры из них ценятся высоко, а залежи в якутских землях просто громадны. Экспонаты лаборатории — в основном отбракованные искателями экземпляры. Их отношение к подобным находкам видно по одной из костей. Ребята плыли по Лене в поисках добычи, увидели кость и взяли её прямо «как есть» — рукой, испачканной в мазуте. Велика ценность что ли.


Главная красота лаборатории — потолок, увешанный ледяными кристаллами. Около входа их почти нет — сбивают посетители, ещё не привыкшие пригибаться и не вертеть головой. А ещё кристаллы не нарастают у ламп. Даже небольшого количества излучаемого тепла достаточно, чтобы отбить у воды желание фигурно замерзать.


Чем дальше, тем кристаллы крупнее.


В конце зала их размер и форма заставляют открыть рот и смотреть. Эта красота росла не меньше пяти лет.


В процессе замерзания вода старается собраться в идеальную для себя форму шестигранника.


Фигуры Деда Мороза и Снегурочки, несколько лет назад вылепленные перед входом в институт, теперь тоже обрастают украшениями в подземелье.


С тех пор как Якутск стал активно разрастаться, возникла проблема: а как с этой красотой бороться? Ведь она не даёт строить дома по привычным технологиям и прокладывать под ними коммуникации (на эту тему можете поглядеть мой самый первый пост про город).


В том числе этим и занялся Институт мерзлотоведения. Оказалось, что толщина слоя промёрзшего грунта варируется в широких пределах. Если в Северной Америке она не превышает 100–200 метров, то под Якутском составляет 210–214 метров, а в самой «вечномёрзлой» зоне в районе Айхала достигает полутора километров.


Сложностей добавляет и поверхностный слой сезоннооттаивающего грунта. Его обычная толщина — 1,5–2,5 метра. Именно его таяние, замерзание и связанное с этим «ползанье» по мерзлоте заставляет здания принимать причудливые углы наклона. К тому же на толщину слоёв очень влияют естественный уклон, наличие растительности и, конечно, город, поэтому предугадать это зачастую невозможно.


Измерениями и расчётами занимаются как раз в Институте мерзлотоведения. Именно здесь изобрели свайный метод строительства, который сегодня используется по всему миру. Смысл его в том, что здание опирается не фундаментом на «плавающий» оттаивающий грунт, а вбитыми на глубину до 15 метров сваями на пермафрост, который уже никуда не денется.


Есть тут и свои тонкости. Например, если зимой в подполе прорвёт трубу, качественно заделать её в силу экстремального якутского климата будет возможно только весной. Опасность прорыва ещё и в том, что вода из трубы будет стекать по свае (то есть по границе раздела сред) и образует вокруг неё «мешок». В результате получится, что не дом опирается на сваю, а свая висит на доме. Этот момент также требует проработки.


Так что работы хватает. Не зря якутский Институт мерзлотоведения является единственным в мире обособленным учреждением по изучению вечной мерзлоты.


Пожалуй, пока это самый интересный музей, где я был.


 

 
Вся серия:
    Жатай
Якутск:
    Часть 1: вдоль проспекта
    Часть 2: площадь Победы и два порта
→ Часть 3: музеи

Тэги: , , .

Камменты:

  1. надо было вам в “царство вечной мерзлоты”, более развлекательное, туристическое место, да и ценник не такой конский

    • Так получилось, что в этот приезд я трудился параллельно со знакомыми из другой фирмы. В один из дней они освободились пораньше и поехали в «Царство», а я потом смотрел их фотки. Красиво, не спорю, но мне атмосфера советской науки в тысячу раз интереснее. Так что своим выбором я абсолютно доволен.

  2. Алексей

    @По уровню осадков Саха находится на уровне Монголии@
    Саха это народ, говорят или Республика Саха или земля Саха.

    • Отдаёт бюрократическим языком, я жуть как не люблю это. К тому же народ саха пишется с маленькой буквы, так что у меня ошибки нет.

      • Алексей

        Значит нормально писать @По уровню осадков русские находится на уровне Польши@?
        На самом деле якуты жуткие бюрократы, в обиходе каждого второго якута называют якутский еврей. Это не рассизм, а подчеркивание торговой жилки якутов. Якут прежде чем совершить сделку сто раз подумает, посчитает, перепроверит и посоветуется. И будет докапываться до каждой буковки в договоре. Ему хорошо когда все формально и разложенно по полочкам. И очень болезненно отнесется к неправильному порядку.

      • У меня есть подозрение, что словосочетание «республика Саха» так сильно укоренилось потому, что каждый неместный норовит склонять слово Саха. Сам не без греха, в первых отчётах сделал такую же ошибку, спасибо, поправили.
        С русскими и Польшей не совсем корректный пример. Республика Саха и Саха соотносятся как Российская Федерация и Россия. В разговорном языке не может быть запрета на отдельностоящее «Саха» в роли названия субъекта, а вот в канцелярите запросто. У нас все нацрегионы формально имеют в названии слово «республика», но в разговорах никто никогда не скажет «республика Татарстан», а вот Татарией могут назвать запросто.

  3. Алексей

    У меня в кладовке такая же кость мамонта, думал пес будет рад поиграца, а он только фыркал и морду воротил.

    • Наверное, для него это уже не кость, а камень.

      • Алексей

        Это действительно кость, не камень… только пахнет странно.
        Кстати если пилить мамонтовый бивень, то вонища хуже, чем при пилении эбонита. ))))))

      • Это крошка так пахнет?

Добавить комментарий для Сергей Бачинин Отменить ответ

Ваш адрес email не будет опубликован.

Этот сайт использует Akismet для борьбы со спамом. Узнайте как обрабатываются ваши данные комментариев.