Кострома

27–29 ноября 2013 года

За несколько лет поездок по стране я совершенно укрепился в мысли, что хорошо сохранившиеся, исторические, по-настоящему русские города надо посещать именно зимой. Они могут быть сколь угодно красивы летом, но в мороз, под снегом они выглядят наиболее естественно. Не оказалась исключением и великолепная Кострома.

Город пре-кра-сен. Огромен старый центр с чудесной застройкой.


Внешний вид Костромы сильно пострадал от советской власти, особенно дороги́ утраты храмов и костромского кремля. Но даже оставшегося достаточно, чтобы влюбиться в этот город.


В такую областную администрацию (бывшее женское епархиальное училище 1901 года постройки) хочется сходить оформить пару бумаг.


В таком роддоме (духовное училище, 1894) хочется родиться.


На домах огромное количество красивой старой ковки.


Деревянная часть города не менее колоритна.


Со своими шедеврами.


Главные достопримечательности Костромы — пожарная каланча с заглавного фото и Ипатьевский монастырь.


Часть города, где он расположен, заслуживает отдельного посещения.


Рядом с монастырём находится музей деревянного зодчества «Костромская слобода».


Музей отличный, больше и интереснее суздальского.


Но в Костроме он немного теряет смысл.


Вокруг и так музей — ходи по улицам да любуйся.



И, в отличие от Суздаля, город никто не консервировал — сам сохранился.



Провинциальность в самом прекрасном смысле слова.


Ипатьевский монастырь стоит на стрелке рек Костромы и Волги.


При этом волжская набережная для прогулок по большому счёту не используется. Да, есть пара парков вдоль реки, есть рестораны-гостиницы в старых дебаркадерах, но потенциал места не раскрыт совершенно.


Зато любители торговых рядов в Костроме могут случайно умереть от счастья.


Я видел достаточно много гостиных дворов (список есть в посте про Калугу), но подобного не встречал более нигде: здесь ими заняты несколько кварталов на главной площади, Сусанинской. Даже названия улиц сохранились: Красные Ряды, Мучные Ряды, Мелочные, Табачные, Пряничные, Рыбные, а рядом — Молочная Гора. Фантастика.


Заходишь в арку рядов — а там ещё ряды, и даже встроенная церковь есть. Так и называется — церковь Спаса Нерукотворного в рядах.


Почти все эти павильоны до сих пор работают по прямому назначению. Потому что удобно.


У небольших рядов, которые поближе к Волге, состояние было заметно хуже, но реставрация, вроде бы, шла.


А ещё у Костромы удивительное относительное прилагательное. У других городов, оканчивающихся на А, такого нет. Дубна — дубнинский, Кинешма — кинешемский, Коломна — коломенский, а Кострома —


Может, здесь нет суздальской музейности, владимирской древности, ярославской россыпи храмов, но Кострома, при всей моей симпатии к этим городам, понравилась мне больше.


Настоящая Россия во всём. Погода.


Живность (да-да, это дятел, и не в парке, а прямо в центре города).


Узор.


Название улицы.


Обратимся к Ильфу и Петрову.
«Подъемы и скаты здесь — совсем как в волжском городке, стоящем на высоком берегу. Названий уличек мы не узнавали, но, казалось, они называются так же, как волжские улицы — Обвальная или Осыпная» (из «Одноэтажной Америки», 1935–1936).


Обратимся к Костроме.


Однозначно рекомендую к посещению.